Вт, 01 Дек 2020, 05:45 Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | Регистрация | Вход
Меню сайта
Поиск




НАШ БАННЕР
Главная » 2020 » Октябрь » 28 » Алена Чернова: Вспоминая комсомольскую юность
23:14
Алена Чернова: Вспоминая комсомольскую юность

Как одно из самых ярких и, пожалуй, самых счастливых событий в своей жизни считаю свое участие в активной деятельности ВЛКСМ. Вступила в комсомол я в далеком теперь 1976 году. Мои родители работали в правоохранительной системе страны и по роду деятельности всегда были на переднем крае всех ударных строящихся или формирующихся объектов нашей республики. С начала шестидесятых родители обеспечивали порядок на создаваемом в Елабуге нефтепромысле. В середине шестидесятых на строящемся стратегическом объекте Заинской ГРЭС, а конце шестидесятых в числе первых были откомандированы в город Набережные Челны, где в 1968 году началось строительство легендарного КамАЗа. Там, в средней школе № 15 мои товарищи приняли меня в комсомол, в райкоме вручили комсомольский билет, который я пронесла по всей своей жизни и только в год 100-летия ВЛКСМ торжественно передала в Музей истории комсомола ЕГПИ.

С первых дней своей комсомольской юности я была избрана в комитет ВЛКСМ школы, была комсоргом класса. В знак какой-то особенной моей миссии на земле мои одноклассники избрали меня вечным комсоргом класса. В 1979 году, по рекомендации ГК ВЛКСМ я поступила на учебу в ЕГПИ.  

Елабуга – город, где я родилась, где прошло мое детство. Поэтому выбор учебного заведения был осознанным. На выбор филологического факультета повлияла любовь к литературе, привитая мне моей любимой учительницей-Абрамовой Фаиной Алексеевной. На первом же комсомольском собрании нашей 911 группы, член бюро ВЛКСМ Евгений Новиков, (а был он тогда для нас очень большим авторитетом- четверокурсник же!), предложил нам избрать комсомольский актив группы. Хорошо понимая, что с моим-то характером роль комсомольского лидера меня не минует и это может помешать мне в учебе, я совершенно осознанно сразу предложила себя на должность ответственной за работу организационного сектора комсомольского бюро группы. Таким образом, я хотела отсидеться «в кустах», собирать взносы, писать протоколы собраний, а уж основное время заниматься только учебой. Новиков не возражал, группа тоже. Комсоргом избрали хорошую девочку, ну и остальных членов бюро тоже.

На этом собрании я впервые услышала имя Тани Спиридоновой. С уважением Женя Новиков сказал, что он проводит наше собрание по поручению Тани Спиридоновой, что она является секретарем комсомольского бюро филологического факультета, и что она сейчас отдыхает после поездки в качестве командира строительного отряда «Лэйсен» в Молдавию. Эта информация как-то сразу осталась в моей памяти. Через три дня мы поехали «на картошку» в село Тихоново. Вместе с нами там были и студенты 811 и 812 групп, то есть второкурсники, тоже казавшиеся нам очень взрослыми и серьезными студентами. От них мы узнали много интересного и нужного, услышали студенческие байки и характеристики наших будущих преподавателей, словом, второкурсники нас основательно подготовили к учебе! Рассказывали они и о комсомольском вожаке факультета- о Татьяне Спиридоновой. Надо сказать, что все рассказы сводились к одному, что вот уж Таня за нас возьмется, и вот уж у нее-то мы будем как шелковые. И на собрания будем ходить, и в концертах участвовать, и в стройотряды она всех нас запишет.

Так и случилось. В октябре мы продолжили учебу, прерванную выездом «на картошку» и сразу же к нам в группу пришла высокая стройная девушка в затемненных очках. Она попросила остаться после занятий комсомольский актив и познакомилась с нами поближе.

В первый год учебы я жила на квартире с двумя третьекурсницами с русско-татарского отделения филфака. Не помню фамилии, но звали их Фирая и Маулия. Какое это был счастье для меня. Во-первых, я учила с ними татарский язык. Во вторых, они помогали мне делать все домашние задания и достаточно крепко следили за моей дисциплиной и муштровали, на правах старших, в работе по хозяйству. Мы очень сдружились, они были добрыми, искренними и очень скромными девушками из какого-то татарского села. В то время мы все одинаково практически одевались, вещи были у всех одинаковые, из магазинов. Высшим шиком считался чемоданчик- «дипломат» для учебников. А высшим достижением- отличная учеба. Поэтому мы с ними всегда подолгу сидели в читальном зале. Читальный зал располагался сразу возле кабинета Комитета ВЛКСМ. Поэтому я часто проходила мимо и вскоре меня стала узнавать секретарь комитета ВЛКСМ Татьяна Барышева, сейчас это Татьяна Владимировна Кельш. Тем более, что я несколько раз в месяц заходила, то сдать комсомольские взносы своей группы, то отдать протоколы.

Уже в конце октября состоялось отчетное комсомольское собрание филологического факультета и, неожиданно для меня - меня выбрали в состав комсомольского бюро факультета на должность ответственной за организационную работу. Так я уже с первого курса вошла в состав комсомольского актива нашего факультета. Деканом был Наиб Хабибназарович Лаисов, мы сразу нашли с ним нужные контакты для общения и я стала вникать в работу сложного, но очень интересного механизма комсомольской студенческой жизни.

Испытанием на прочность стал для нас конкурс художественной самодеятельности первокурсников. В этом ответственном мероприятии я тоже приняла участие - спела русскую народную песню «Валенки» и какой-то старинный романс. Тут со мной произошел казус. Я не знала, что в Елабуге работают два брата-близнеца- Василий Федорович и Дмитрий Федорович Рыбаковы. По договору они работали со студентами филфака и готовили с нами концертную программу. Мы много репетировали, и я иногда удивлялась, что музыкант забывал то, о чем договаривались на прошлой репетиции. На концерте я ужасно волновалась. На исполнение песни «Валенки» я надела русский сарафан из нашей костюмерной, в нем пел ансамбль «Глобус». Сарафан был тесноват, кое как застегнулся, но я уже предвкушала оглушительный успех у зрителей, поэтому на такую мелочь не обращала внимания. И вот, выйдя с баянистом на сцену, я развела руки в стороны и приготовилась выдать свое фирменное: « Эх, валенки, да валенки…», как увидела своего баяниста сидящего на первом ряду. В недоумении повернулась к баянисту, стоявшему за моей спиной и чуть не поперхнулась, так как сзади стоял этот же человек, но с баяном!!!Честное слово, вся моя жизнь пронеслась в моей голове в одно мгновение. Я понимала, что я не сошла с ума, но объяснить себе то, что увидела, не могла. Они были совершенно похожи. Только допев кое-как свою песню, я под жидкие аплодисменты с горящими от стыда ушами ушла со сцены и спросила баяниста: «Вы кто? А кто там в первом ряду»? Он рассмеялся и сказал, что это его брат-близнец. Позже я нашла протоколы этого концерта в документах Комитета ВЛКСМ и увидела написанную рукой Радия Харисовича Нутфуллина фразу «Что с ней?» и жирную тройку.

А потом все понеслось как скорый поезд. Сейчас вся комсомольская работа в институте вспоминается как череда ярких и очень важных событий, добрых и очень нужных дел. Мы жили в очень интересное время. Восьмидесятые годы- это время искренней веры в лучшее будущее, это уже повеявший ветер перемен, это громадьё планов и интересных событий в стране и даже первые ласточки западного влияния на наше сознание. Начиналось все безобидно с передач по телевизору «Мелодии и ритмы зарубежной эстрады. Сначала Карел Готт, Дин Рид, а потом и АББА, Бони М и так далее. Помню, что мы с упоением и восторгом слушали Радия Харисовича о его поездке в Америку. Он был первым, кого наградили поездкой в США за действительно огромную работу по воспитанию молодежи и его партийную работу. Помню, что мы проводили очень интересные собрания, боролись за чистоту в общежитиях, участвовали в рейдах «Комсомольского прожектора». Моя жизнь была расписана по минутам. Но учеба для меня была важнее всего. Я долго засиживалась в библиотеке, писала бесконечные рефераты и конспектировала классиков. Поэтому и первую сессию сдала «на отлично».

После зимних каникул Таня Спиридонова неожиданно вызвала меня на откровенный разговор и сказала, что давно и пристально за мной наблюдает. Оказывается, она решила предложить мою кандидатуру на должность секретаря комсомольского бюро филологического факультета и, что меня сразило наповал, на должность командира ССО «Лэйсен» для поездки в Молдавию. Я сейчас даже не помню, что я отвечала и чем закончился наш разговор. Но хорошо помню, что кандидатуры командиров отрядов утверждал партком института. Мудрые наши педагоги, уважаемые члены парткома в голос кричали, что я еще очень молодая для такого ответственного поручения не готова. Восемнадцать лет мне должно было исполниться только в июне. В мою защиту вступились Геннадий Трофимович Петров, секретарь партийного комитета ЕГПИ, ректор Талгат Набиевич Галиуллин тоже подержал мою кандидатуру. Н.Х.Лаисов был против, но вдруг поддержала меня и соответственно мою кандидатуру на должность командира отряда – доцент кафедры педагогики Людмила Васильевна Халанская. Я на заседании парткома, конечно же, не присутствовала, об этом мне позже рассказал Наиб Хабибназарович Лаисов.

Как бы то ни было, неожиданно все сложилось так, как Таня Спиридонова и задумала. С февраля 1980 года я и мой комиссар Роза Гадельшина взялись за очень ответственную работу- подготовку к формированию отряда и оформление всех соответствующих документов. Роза Гадельшина оказала мне бесценную помощь. Она уже ездила в Молдавию с отрядом, который возглавляла Татьяна и поэтому хорошо знала ситуацию, а я просто действовала по принципу «Партия сказала: «Надо!», комсомол ответил : «Есть!». Формировался отряд трудно. Было подано около двухсот заявлений, а надо было выбрать только сто человек. Проводили постоянные собрания, организовывали субботники, смотр агитбригад, запрашивали комсомольские характеристики, слушали жалобщиков и ябед, приглядывались к поведению. Мы с Розой понимали, что нам предстоит серьезнейшая проверка на прочность. Проблем было миллион. Не было возможности купить форму. Никто не помогал. Все искали сами. Мой одноклассник написал мне в письме, что в Тольятти есть такой магазин, где продают форму для стройотрядов. В рекордные сроки мы с Розой собрали деньги, и я поехала, не помню, но с кем-то из отряда, в Тольятти! Мне надо было привезти 120 комплектов формы! Одноклассник, обманув коменданта, устроил нас ночевать в своем общежитии. Утром мы помчались в магазин, оказалось, что без заявки Горкома комсомола города Тольятти, форму не продают. Через час я уже была у первого секретаря Горкома ВЛКСМ и рассказывала какую-то небылицу о комсомольском поручении. МХАТ имени А. П. Чехова взял бы меня в свой основной состав без испытательного срока, если бы режиссер присутствовал на этой судьбоносной встрече! Заветный листочек с печатью подписью первого секретаря Горкома ВЛКСМ г. Тольятти оказался в моих руках через десять минут после того, как я переступила порог его кабинета. Больше мне уже нечего было бояться. Закупив форму я в ужасе представила себе, что не имею понятия, как ее довезти до Елабуги. 120 комплектов, связанных по пять штук представляли собой огромную гору. А теперь полный провал памяти. Как? На чем? С чьей помощью? Но форма оказалась в моей комнате в общежитии в полном соответствии с накладной. Надо сказать, что форму перешивали, ушивали, расставляли почти все. Мало кому подошло сразу и точно, но в день выезда мы все были одеты как надо!

Еще была эпопея с поездкой в Казань. Билеты, заказанные мной в Набережных Челнах на метеор Елабуга- Казань, оказались по ошибке проданы другому учебному заведению. Я с мамой в милицейской форме пошла сначала к начальнику речного вокзала, тот лишь развел руками. Метеоры ходят по расписанию, он ничего не может поделать. Тогда мы вдвоем пошли в Горком комсомола города Набережные Челны и я (МХАТ отдыхает) вновь смогла убедить первого секретаря Автограда на Каме нажать на какие-то рычаги.В  положенное время все 110 человек отряда ЕГПИ «Лэйсен» прибыли в Казань, где благополучно заняли все полки, даже третьи в вагоне веселого эшелона, умчавшего нас в Молдавию.

Все было необычно, интересно и, главное, весело! В поезде мы даже выпили пива, за что меня сразу же вызвали к командиру эшелона. Сделав невинные глаза, я сказала, что пиво студенты в Елабуге не считают алкогольным напитком, так как пивоваренный завод Стахеевых работает еще с 19 века прямо рядом с нашим общежитием. Командир эшелона пригрозил написать ректору, но для первого раза простил. Был еще один интересный эпизод. Студентка инфака Лена Тарасова (может быть и не она) взяла в дорогу большую трехлитровую банку со сливочным маслом. По какому-то древнему рецепту в масло положили мед. То ли для того, чтобы масло не испортилось, то ли еще для чего, не знаю. Мы всю дорогу ели эту вкуснятину с хлебом и шутили, что рецепт этот такой древний, что им пользовался, наверное, еще Македонский. Уверена, что до сих пор все студенты того отряда так и называют масло с медом - «македонский».

В эшелоне проходили конкурсы агитбригад между бригадами и между отрядами, проводили конкурс на самое чистое купе. Роза, мой комиссар, была очень горазда на такие выдумки! В поезде мы все очень крепко сдружились и за три дня я уже очень хорошо всех знала и ничего с ними не боялась.

Костяк отряда были студенты инфака. Их собралось на две бригады, две бригады были с физмата и сборная- филфак и педфак. Встретили нас красиво!  Наряженные в национальные костюмы парень с девушкой преподнесли командному составу огромную чарку с вином. На солнце, после трехдневной качки а поезде, мы с Розой с трудом пригубили и даже не поняли вкус вина. Я пила в первый раз в жизни (пиво в поезде не в счет).На грузовых машинах нас отвезли в селение Кукоары, разместили на 3 этаже общежития. Так началась наша трудовая эпопея, наш третий трудовой семестр. Первые три дня мы подвязывали виноград, потом пололи бесконечные поля с помидорами. Нам, жителям Прикамья было удивительно видеть, что на огромных пространствах, как у нас картошка, здесь растут помидоры, высаженные стройными рядами в длинные шеренги. В августе начался сбор урожая, и к концу августа мы поняли, что приехали не зря! Работать было очень трудно. Были среди нас и неженки, и девушки из сел, которые привычно работали, опережая всех. Я любовалась сестрами Лидией и Раисой Башиными. Уроженки селения Нижнее Афанасов Нижнекамского района, они с детства были приучены к труду. Ежедневно Лида давала по две-три нормы! Её очень уважал наш бригадир Степан Войну. Между бригадами шло соревнование. Девочки и соревновались, и очень дружили, помогали друг другу. Прекрасные были у нас мальчишки! Весельчаки и балагуры, помогали девочкам во всем. С огромной благодарностью я вспоминаю о том, как работала мой комиссар Роза Гадельшина! Маленькая, шустрая, всегда веселая, она знала много шуток, много разных способов расшевелить отряд, вовлечь в интересное дело.

У нас постоянно были какие-то мероприятия и другие отряды с завистью смотрели, как мы после работы, буквально стерев пыль с ушей, уже проводили конкурсы и КВНы. 1980 год, это год Олимпиады. В день ее открытия мы не работали, а нас всех привели в помещение конторы совхоза и включили для нас телевизор с прямой трансляцией. Помню перед началом репортажа из Москвы пела Алла Пугачева, даже песню помню - «Улетай, туча!».

Какие-то мелочи прочно отложились в памяти. Работали мы на совесть, приятно было слышать, что отряд «Лэйсен» лидирует в социалистическом соревновании, хотя нас постоянно опережал отряд Буинского медицинского училища. Командир их отряда выжимал из студентов все соки. Ребята там работали на сборе кабачков. Очень хорошо эта работа оплачивалась, но уставали они сильно.

Ездили мы на экскурсии в Кишинев, в Измаил, гуляли в выходные по Кагулу. Покупали всякие диковинные для нас вещи. Помню, что студентки отправляли домой много посылок с халатами, молдавскими тапочками, чаем, конфетами. Всего этого в магазинах было в изобилии. Мы много выступали с концертами, ездили на пограничную заставу, давали концерты в селе, шефствовали над ветеранами войны. В последнюю ночь всех нас обворовали местные жители, украли наши вещи, которые перед поездкой домой мы постирали и повесили сушиться на верёвки за дальним общежитием. Разбираться было уже некогда, плюнули и поехали домой. Потом я приезжала несколько раз в Кукоары и иногда встречала знакомые вещи на местных жителях. Особенно им нравились наши куртки с эмблемами, значками и нашивками. На мои вопросы они отвечали, что студенты им сами подарили или даже продали, но это точно неправда. Студенты своими куртками очень дорожили. Даже у комиссара Розы куртку украли. Очень многое помню из того первого трудового семестра, Молдавия покорила нас своей красотой, доброжелательностью и гостеприимством. Мы увидели почти всю страну, проехали от Казани до Кагула через Украину. Страна наша огромная была в эти летние месяцы яркая и красивая.

Следующие годы я уже возглавляла сводные отряды, насчитывающие до 600 человек. В 1981 году была командиром сводного отряда, а потом два года комиссаром сводного отряда в совхозе «Кирканский». Было и трудно, и весело. Всегда были рядом старшие товарищи, командиры Зонального отряда Александр Куприянович Ватолин, Николай Петрович Игнатьев. С благодарностью вспоминаю директора совхоза «Кирканский» Тодоса Николая Ивановича, бригадиров Степана Войну, Григория Чуперку, Ивана Милю. Руководство совхоза «Кирканский» встречало нас с огромной радостью. Мы помогали им вырастить, сохранить, сдать государству огромный урожай овощей и фруктов. На ящики мы наклеивали фирменные совхозные этикетки. Однажды я увидела ящики с такими этикетками в Набережных Челнах. Не поверите, мне хотелось расцеловать и ящики и даже продавщицу. Настолько вросло в нашу кровь, в наше сознание эта сопричастность к большому и важному делу- выполнение продовольственной программы СССР. Мы были винтиками в большом и сложном механизме. Страна заботилась о нас, давала нам возможность бесплатно учиться и повидать мир, а мы с благодарностью в свои каникулы работали для своей страны, и эта система давала нам возможность пройти испытание на прочность, поверить в себя и свои возможности, узнать цену куску хлеба. В первый год мы заработали не так много по 250 рублей. По 50 рублей с нас вычли за питание. Это были гроши за трехразовое обильное питание. Кормили нас хорошо, хоть и однообразно. Каши, супы. Но ели только так! На свежем воздухе съедали всё, да еще с четвертинкой буханки хлеба. Многие девочки даже поправились на несколько килограмм. Ничего, потом в институте все быстро пришли в норму! Заработок в 200 рублей был, наверное, небольшим подспорьем. Говорят, что мальчики в стройотрядах зарабатывали около тысячи рублей за лето. Но об этом особенно никто не заморачивался тогда. Отработали на совесть. Радовались Почетным грамотам за призовые места и новым ярким впечатлениям!

Позже в институте мы с гордостью рассказывали о своих трудовых успехах на наших слетах и собраниях. Сейчас я иногда задумываюсь, почему же нам не помогал ректорат, партком организовывать, покупать билеты, доставать форму, транспорт. Да и никто нас не сопровождал в далекие края. Не знаю, тогда так было принято. Вся ответственность за жизнь и здоровье студентов лежала на плечах командиров. Бойцы это понимали всеми силами сами достойно и добросовестно вели себя и работали без принуждения. А мы, командиры и комиссары не боялись ничего, знали свое дело отлично, не подвели ни разу своих старших товарищей.

Помню, что однажды, когда я была уже комиссаром сводного отряда, к нам с проверкой или просто из большого чувства ответственности за нас, приехал ректор института Талгат Набиевич Галиуллин. Как раз накануне в институтском отряде произошло ЧП, одна из девочек уронила банку с водой и неудачно как-то это произошло. Она сильно и опасно поранила себе руку. В Кагульской больнице рану зашили, потом свои медики рану перевязывали и все обошлось благополучно, но именно она попалась первая нашему ректору, когда он приехал. Я встречала Талгата Набиевича с угощением, но он не притронулся к еде, пока не узнал все подробности о забинтованной студентке. Сама она уверяла, что все хорошо, все благополучно, но я видела, что Талгат Набиевич нахмурился сильно. Мы для него были как родные дети. Потом он поехал на поле, проверял условия работы и возможность отдыха. Мы около часа беседовали с ректором по итогам его поездки и я еще более серьезно задумалась тогда о том, что на мне лежит огромная ответственность за студентов. А ведь возили нас на поле в кузовах открытых грузовых машин, куда мы залезали через борт. А отрядном лагере не было элементарных условий для гигиены девушек, были примитивные душевые и туалеты. Словом, все было как-то наспех и только самое необходимое. Сейчас бы современные студенты не выдержали в этих условиях и недели, А тогда - нам все нравилось и как-то мы быстро привыкли к имеющимся бытовым условиям.

Годы, проведенные в студенческих строительных отрядах, в судьбах каждого из нас оставили свой след и, надо сказать, что труд наш был отмечен наградами и поощрениями. Многие съездили в туристические поездки. Меня наградили поездкой в Средиземноморский круиз. Это было невообразимое по красоте и впечатлениям событие! Мальта, Испания, Турция, Греция, Франция! Увидеть эти страны в 21 год было большой радостью! Месяц я путешествовала на теплоходе «Латвия» в составе огромной команды комсомольских лидеров страны. После поездки около года я выступала с лекциями о своих впечатлениях перед студентами, но всегда сводила свое выступление к финальной мысли, что самое красивое и самое лучшее в мире государство- это наша Родина, наш Советский Союз. Я до сегодняшнего дня не изменила своего убеждения! И не я одна!

Мне очень повезло, что именно так сложилась моя судьба во всесоюзном движении студенческих строительных отрядов. Я познакомилась с замечательными людьми. Мы в своем провинциальном вузе иногда робели перед казанскими студентами, но когда на итоговых конференциях и собраниях зачитывали результаты работы отрядов, и мы получали Почетные грамоты за первые места, многие казанские командиры свои амбиции прятали за улыбками и поздравлениями.

Все годы учебы в институте были у меня тесным образом связаны с активной комсомольской работой. Как я уже писала, после первого курса я возглавляла комсомольское бюро филологического факультета. Каждый год в институте проходили смотры художественной самодеятельности, работали разные кружки, активно проходили Фестивали молодежной солидарности. Мы постоянно проводили совместные мероприятия с комсомольцами- курсантами Елабужской специальной средней школы милиции СССР. Хорошо помню, что с нами активно работали секретари Комитета ВЛКСМ ЕССШМ МВД СССР Евгений Нефедов, Рафаэль Ханбеков, потом Володя Котлов. С благодарностью вспоминаю секретарей комитета ВЛКСМ ЕГПИ Татьяну Барышеву (Кельш), Лялю Баширову. Ох и странная была девушка- яркая, добрая, но взбалмошная неимоверно. После неё мы отлично работали с Маргаритой Бузиловой (Пузыревой) Потом Комитета ВЛКСМ возглавила я. На время моего декретного отпуска меня заменяла Натэлла Дудакова (Согорина) , а потом я передала свой пост моей самой лучшей и искренней подруге Люцие Нигматуллиной (Фатыховой). В комитете ВЛКСМ всегда со мной рядом были Ольга Лопаева(Волкова) и Люда Дорохина (Говорун). Они отлично работали в должности заведующих сектором учета в разное время. Помню в этой должности Ларису Сидельникову, тоже хорошую и славную девушку. В мое время наш институт был на очень высоком счету не только в Елабуге, но и в республике. Авторитет Талгата Набиевича Галиуллина был непререкаемым. Его очень уважали и усилия ректората в составе Геннадия Трофимовича Петрова, Николая Демьяновича Григорьева, Наиба Хабибназаровича Лаисова были направлены на то, чтобы мы все получали отличные знания и высокую профессиональную подготовку. Так и было. А комсомольская жизнь всегда била ключом. Помните, как мы ходили на демонстрации 7 ноября и 1 мая. Недели две писали транспаранты и плакаты, потом отмечали по списку пришедших, позже разбирались с теми, кто не пришел на демонстрацию. А все это было весело и интересно. Переправы через Каму не было, мы штурмом брали автобусы, чтобы доехать до строящегося моста и по нему пешком переходили на Челнинскую сторону. Поездка домой была целым приключением. Это сейчас тоже вспоминается с легкой грустью. К нам часто приезжали в институт интересные гости. Талгат Набиевич всегда привозил маститых поэтов и писателей. У меня хранятся книги с автографами Сибгата Хакима, Ибрагима Нуруллина и даже Льва Ошанина! автограф Талгата Набиевича взять не успела. Может быть, на слете попрошу. Приезжали к нам артисты театров, хоровые коллективы, музыканты. Помню приезд кубинских студентов из Клуба интернациональной дружбы КГУ. Мы часто устраивали дискотеки, летом прямо на улице. Я много писала в газету «Новая Кама» и ведь публиковали мои заметочки о комсомольской работе, о трудовом семестре. Каждую осень студенты работали в подшефных колхозах и совхозах. За это нам потом дарили музыкальные инструменты и спортивный инвентарь. Мы сами устраивали субботники, бегали по утрам в парке соседней школы, шефствовали над школами. Я с третьего курса стала членом Горкома комсомола. Такая общественная нагрузка позволила близко познакомиться с комсомольскими лидерами города. Училась комсомольской работе у Нины Кузьминой, великолепного секретаря Комитета ВЛКСМ НГДУ «Прикамнефть», Жанны Сборец- Трест № 7. Всегда ощущала поддержку от секретарей Горкома комсомола Фирдуса Сабировича Мухаметзянова, Виктора Федоровича Горностаева, Эдуарда Валиулловича Гилязетдинова, Константина Егоровича Борисов, Марата Шаловича Кагарманова и Александра Харитоновича Аблаева. На всю жизнь стала родной для меня Раиса Фаттахова, активистка комсомольской организации Ткацкой фабрики. Уважаю Наталью Привалову, Нину Кузьмину, Закария Мингазова, Сергея Чупрынина, Нину Чураеву, да разве о всех напишешь. На время моей комсомольской юности пришлось и строительство КамТЗ, впоследствии ЕлАЗа. Вместе с Эдуардом Гилязетдиновым мы формировали студенческие отряды штукатуров-отделочников для «Отделстроя» и «Жилстроя». Девчата после занятий ходили на специальные курсы и не подвели, работали в сложных условиях всегда отлично.

Я очень любила организовывать и проводить комсомольские праздники и Огоньки. В нашей студенческой столовой мы устраивали замечательные и веселые капустники, я традиционно наряжалась Аллой Пугачевой, до сих пор вспоминаю с радостью это время. Помню, как пережили времена» сухого закона». Не было в наше время проблем с пьянством студентов. Не помню ни одного случая, чтобы на заседании Комитета ВЛКСМ мы говорили о проблемах пьянства. Никогда такого не было. Но все праздники отмечали со спиртными напитками, как и сейчас. Все знали меру и никто не портил праздник безудержной выпивкой. Но в годы борьбы за трезвость Комитет ВЛКСМ проводил рейды по общежитию. Даже в Новогоднюю ночь меня обязали дежурить в антиалкогольной группе. В костюме Деда Мороза я обходила каждую комнату в общежитии и выявляла выпивающих студентов! Надо сказать, наверное, что-то со зрением у меня было, но так никого и не выявила! Устраивали мы и комсомольские свадьбы. Сначала я, потом Люция взялись за это дело со всей серьезность. Сочинили сценарии и работали всю жизнь в роли тамады. Переженили всю Елабугу, вели юбилеи, церемонии открытия объектов. Я даже один раз провела церемонию открытия какого-то торгового склада! Руководство города приказало! Интересное время было тогда. Большую помощь мы оказывали руководству института в проведении выборов разного уровня. Это были настоящие праздники! По сравнению с нынешним временем, это было, конечно, всё очень серьезно и каждый студент понимал свою ответственность перед происходящим событием. Перед выборами мы устраивали выступления членов парткома в студенческих аудиториях. Каждый понимал, что его голос решает судьбу города, республики, страны. Верили в это свято! А мы комсомольские активисты вообще всегда были в авангарде пропагандистской работы.

В 1985 году меня приняли в ряды КПСС. Рекомендацию мне давали Геннадий Трофимович Петров и Юрий Михайлович Шурыгин, тогда декан нашего факультета. Вопросы задавали по Уставу. Я очень боялась, но держалась стойко. Помню, что в Горкоме КПСС меня очень поддержала Долорес Гайнутдиновна Галлямова. Она дала мне хорошую характеристику. Но о ней здесь я не хотела бы писать, потому что для меня Галлямова это целая и огромная эпоха в моей жизни. Все, кто был рядом со мной в те комсомольские годы, оставил в моей жизни свой неизгладимый след. Каждому я обязана хоть крупицей, но значимой для меня частицей фундамента моей личности. Своей вере в идеалы коммунистической партии я не изменяла ни разу. В этом году исполняется 35 лет, как мне вручили партийный билет и я до сих пор верю, что только честный трудовой народ имеет право на достойную жизнь и каждая копейка, заработанная добросовестным трудом, должна идти на укрепление могущества нашей Родины! Но это уже совсем другая история.

 

Просмотров: 56 | Добавил: POSTMAN | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Календарь
«  Октябрь 2020  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Архив записей
Ссылки

Официальный сайт КПРФ


Сайт газеты Правда



Рейтинг@Mail.ruRambler's Top100
Copyright MyCorp © 2020